Показано с 1 по 5 из 5

Тема: Черноусько Леонид Демьянович

  1. #1

    По умолчанию Черноусько Леонид Демьянович

    Черноусько Леонид Демьянович



    17 июня 2008 года члену Союза славянских журналистов Леониду Демьяновичу Черноусько исполнилось 90 лет. Л.Д. Черноусько - капитан первого ранга в отставке, участник Великой Отечественной войны, журналист, заслуженный деятель культуры. Во время войны он воевал на противолодочном корабле на Балтике, командовал машинно-котельной группой в составе более 100 человек. Корабль, на котором воевал Л.Д. Черноусько, потопил одну немецкую подводную лодку, зенитным огнем сбил семь вражеских самолетов, участвовал во многих боевых операциях. Закончил войну ветеран в Вене, став участником освобождения Вены.
    Здоровье и творчества на долгие годы Леониду Демьяновичу.
    Желаю — Так держать!!! Вам много лет
    И Алых парусов над головою!
    Большой любви! Морского непокоя!
    Удач и радости! И творческих побед! /Н. Цветкова/
    Изображения Изображения            
    Вложения Вложения
    Последний раз редактировалось Cliver F; 13.01.2009 в 23:18.

  2. #2
    Senior Member
    Регистрация
    22.09.2008
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    3,436

    По умолчанию МАЛЫЕ ГЕРОИЧЕСКИЕ ЭПИЗОДЫ БОЛЬШОЙ ВОЙНЫ

    Слово фронтовому корреспонденту:
    «Пол-Европы прошагали, пол-Земли,
    - Этот день мы приближали как могли».
    МАЛЫЕ ГЕРОИЧЕСКИЕ ЭПИЗОДЫ БОЛЬШОЙ ВОЙНЫ

    Годы неумолимо сменяют друг друга. Однако память о великой битве нашего народа с фашизмом, о горячих боях и подвигах фронтовиков никогда не померкнет, навсегда останется в истории Отечества. О некоторых малоизвестных эпизодах на суше, море и в небе во время Великой Отечественной войны рассказывает бывший фронтовой корреспондент журнала «Морской сборник». Ведь успех войны складывался не только из больших операций и сражений, но также из многих боев местного значения.

    «Сметливый» торпедировал подлодку
    С первых дней войны балтийский эскадренный миноносец «Сметливый», на котором служил автор этих строк, старший инженер-лейтенант, вел активные боевые действия. Когда в ночь на двадцать второе июня сорок первого года над Ригой появились немецкие самолеты, корабельные зенитчики под руководством командира батареи лейтенанта Андрея Ильясова открыли интенсивный огонь. И под крики «Ура!» сбили двух воздушных пиратов. Эта маленькая победа вселила уверенность в боевые возможности членов экипажа. С этой уверенностью моряки уже на следующую ночь несли дозорную службу в Ирбенском проливе и ставили там якорные мины. А этот пролив представляет собой как бы «горлышко бутылки», закрывающее вход в Рижский залив. По данным разведки, на наших минах подорвались два корабля противника, пытавшихся форсировать пролив и затем подойти к Рижской военно-морской базе.
    На обратном пути эсминец атаковали немецкие пикирующие бомбардировщики. Причем их хитрую тактику сразу же распознал командир корабля капитан 2 ранга Василий Нарыков. Он понял, что самолеты заходили со стороны солнца, причем с выключенными моторами! Пытались сбросить бомбы прямо на верхнюю палубу. Корабль отбивался пулеметно-пушечным огнем. Но в критические моменты, когда сигнальщики докладывали об отрыве бомб от самолета, командир командовал: «Лево руля! Обе вперед, самый полный!» В следующий раз звучала команда: «Право руля!» И все бомбы падали в воду далеко от борта корабля. Немецким пиратам досталось крепко: один «юнкерс», охваченный пламенем, рухнул в воду, другой, оставляя за собой дымный шлейф, планировал к берегу, но вряд ли туда дотянул.
    Боевой подвиг в то время совершили не только артиллеристы, сигнальщики, но и машинисты, другие специалисты: ведь корабль – оружие коллективное. И успех в поединке с врагом зависит от каждого члена экипажа, выполняющего долг на своем боевом посту. Когда случилась небольшая заминка в работе одного из агрегатов второго машинного отделения, старшины первой статьи Василий Смирнов и Николай Климашин быстро устранили неисправность. И командир корабля без перерыва мог командовать: «Полный вперед!» Эта команда еще не раз раздавалась при встрече с воздушным противником. И подводным тоже. Однажды при плавании в Финском заливе гидроакустики доложили об обнаружении шума подводной лодки. Капитан 2 ранга Нарыков приказал атаковать противника. Командир минно-торпедной боевой части, мой корабельный друг капитан-лейтенант Петр Иванов быстро определил необходимые данные, нажал на кнопки и выпустил две торпеды. Командующий Балтфлотом вице-адмирал В.Ф. Трибуц поздравил «сметливцев» с важной победой. А Петру Иванову вручили первую награду – орден Красного Знамени.
    Эсминец участвовал в постановке мин в Лужской губе, у острова Гогланд, и ни один немецкий корабль не смог пробиться к Кронштадту. Своей артиллерией подавлял огонь гитлеровских батарей под Ленинградом. Когда вражеские войска предприняли очередную попытку прорвать оборону города на Неве, только наш корабль выпустил подряд 598 снарядов из орудий главного калибра, разгромил скопление войск и боевой техники врага, заставил его отступить. Это было 19 сентября сорок первого года. Правда, и нам досталось: потом мои подчиненные матросы (а я отвечал за живучесть корабля) насчитали более двухсот пробоин в надводной части, и ни одной – ниже ватерлинии. И это благодаря тому, что все время маневрировали, давали то полный вперед, то малый или задний ход, уклоняясь от прямых попаданий. Турбины работали подчас на пределе мощности. Мне, инженеру-механику, приходилось метаться от одного агрегата к другому, следить за их техническим состоянием, помогать вахтенным, в трудные моменты ободрять их. Мой вклад в боевой успех корабля был отмечен государственной наградой – орденом Отечественной войны I степени.
    После войны уже в качестве корреспондента газеты «Советский Флот», журнала «Знаменосец» мне довелось плавать на многих кораблях, в том числе на атомном ледоколе «Ленин» в Арктике. Но особенно памятный поход вокруг Европы, из Североморска в Севастополь, совершил на современном «Сметливом». Это большой противолодочный корабль уже с ракетным вооружением. А название свое он унаследовал от того эсминца, на котором я начинал службу, получил боевое крещение. И тяжелое ранение. После излечения меня на костылях кадровики на корабль не послали. Узнав, что я пробовал свое перо в газетах «Красный Балтийский Флот» и «Красный Флот», предложили должность корреспондента «Морского сборника». И до конца войны мне довелось ходить по морям, колесить по фронтовым дорогам, организуя для журнала статьи о передовом боевом опыте фронтовиков. В походных блокнотах запечатлено немало интересных боевых событий.

    «Полундра! Вперед, за Москву!»
    Рядом с воинами сухопутных войск в битве под Москвой активно участвовали бойцы в полосатых тельняшках. Отметим: на подступах к столице сражались семь отдельных стрелковых морских бригад, 1-й Московский отдельный отряд моряков и Особая артиллерийская группа ВМФ. Батареи этой группы из дальнобойных морских орудий, снятых с недостроенных кораблей и полигонов, громили скопления немецких танков и другой военной техники, отражали массированные атаки гитлеровских войск. Фашисты боялись моряков, называли их «морскими дьяволами», «черной смертью». Командование фронтом в ходе боевых действий не раз перебрасывало морские части на самые трудные участки. Иногда моряки даже одним своим присутствием вселяли соседям веру в успех боя. Дальнейший рассказ о действиях моряков во многом основывается на воспоминаниях ветеранов Московской битвы, которых удалось разыскать в столице. Это: Дмитрий Вонлярский, Александр Лыков, Николай Бусаров, Иван Голоднюк, Виктор Данилов.
    Старшина 1-й статьи Д.Вонлярский, коренной москвич, оставив учебу в высшем военно-морском училище, добровольно вступил в ряды защитников родного города. К тому же, его мать, Мария Михайловна, военврач 3 ранга, уже была в действующей армии на дальних подступах к Москве. И в своей почтовой «треуголке» писала сыну: «Ты у меня единственный сын, но я благословляю тебя на бой с ненавистными врагами. Они хотят захватить нашу землю, а людей превратить в рабов».
    Доброволец попал в 71-ю отдельную морскую стрелковую бригаду, состоявшую из тихоокеанцев. Веселый, жизнерадостный парень, горячий патриот Родины, вскоре стал душой подразделения. Будучи заместителем командира взвода разведки, он нацеливал подчиненных на умелые действия, точность стрельбы по оккупантам. И сам был примером для них, шел на врага с призывами: «Ура!», «Полундра! Вперед, за Москву!», «Бей фашистов!»
    - Мне довелось пройти через многие бои, десанты, разведывательные акции, но все же считаю: боевое крещение я получил на фронте под Москвой, - утверждает ветеран. – Там почувствовал особую, личную ответственность за защиту столицы, а также убедился, что любого врага, каким бы он сильным и хитрым ни был, наши воины, любящие народ, свою землю, способны победить. Так было под Москвой и в Крыму, под Белградом и Будапештом, где воевал в рядах морской пехоты.
    Храбрый воин Дмитрий Вонлярский вместе со своими друзьями-разведчиками Петром Морозовым и Георгием Дорофеевым не раз отличился в боях на Дунае. На одной из высоток неразлучная троица уничтожила прислугу двух орудий и открыла из них огонь в сторону противника, открыв путь к наступлению нашим частям.
    Сейчас Герой Советского Союза Д.Д. Вонлярский живет в Москве. За успешную работу на трудовом фронте компания Славнефть наградила его Золотой Звездой с бриллиантом, на которой написано «Герой Труда».
    Отличились в боях в районе города Яхромы бойцы 84-й морской бригады. Выполняя боевое задание, взвод старшего лейтенанта Н. Долинина под огнем противника ворвался в село Борисоглебское. Чтобы избежать неоправданных потерь, в какой-то момент воинам пришлось залечь. Часть подчиненных командир направил в обход позиции врага. Краснофлотец В. Козулев незаметно подполз к стрелявшей огневой точке, уничтожил ее расчет, а из захваченного немецкого пулемета поразил остальные вражеские точки. Гитлеровцы решили подавить «морских дьяволов» пушечным огнем. Но и тут снова отличился смелый и находчивый Василий Козулев: возглавляя группу бойцов, он захватил два вражеских орудия. Из них моряки открыли огонь по бегущим фашистам. В ходе наступления 84-я бригада продвинулась вперед на 240 километров, освободила от врага 78 городов и сел. Совместно с другими соединениями моряки участвовали в освобождении около 2500 населенных пунктов. Бригада стала Краснознаменной.
    «В битве за Москву не раз отличались моряки, входящие в состав морских стрелковых бригад, - писал командующий Западным фронтом Г.К. Жуков. – Больших успехов добилась 71-я стрелковая бригада. Она первая из морских стрелковых частей за образцовое выполнение боевых заданий в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками была преобразована во 2-ю гвардейскую стрелковую бригаду».

    Герои-танкисты под Ленинградом
    Все мы являемся свидетелями печальных событий в Чечне, где подчас совершенно неоправданно гибнут наши воины-юноши, вчерашние школьники. Сколько раз изворотливые бандиты, действуя из засад, нападали и обстреливали не только блокпосты, отдельные машины, но целые воинские колонны, которые несли немалые потери. А потом люди, особенно ветераны Отечественной войны, спрашивали – ну почему же наши не устраивают засады бандитам? Почему позволили вражеским снайперам действовать эффективно, а о наших снайперах почти никакой информации нет? В поисках ответов на эти вопросы, мне, фронтовому корреспонденту, вспомнился успешный рейд тяжелого танка КВ («Клим Ворошилов») под командованием старшего лейтенанта Дмитрия Осадчего в тыл врага. Офицер, уже награжденный орденом Ленина, и его подчиненные действовали грамотно, решительно, внезапно, с элементами военной хитрости, что и обеспечило боевой успех.
    Дело было в марте 1942 года под Ленинградом, в районе станции Погостье. А добирался туда Осадчий не по дороге, что шла вдоль железнодорожной насыпи, где можно было оказаться под обстрелом противника или подорваться на мине, а лесом. Это дало ему возможность идти скрытно.
    На рассвете КВ внезапно ворвался в лагерь противника и все крушил на своем пути – пушки и минометы с их еще сонными расчетами, автомашины и повозки. Когда появилась более грозная цель – артиллерийская самоходка с черными крестами на бортах, Осадчий отреагировал мгновенно. По его команде опытный экипаж поразил цель с первого же выстрела. Запылала боевая часть установки. Люк открылся, и вражеские солдаты высыпали на землю. Стрелок-радист Николай Оличев и без приказания понял свою задачу. В бой вступили и автоматчики, которые следовали за танком. Далее офицер указал механику-водителю Павлу Еремеенко на дзоты и блиндажи. И тот исправно «надавливал» пятидесятитонной массой на вражеские объекты, которые с треском рушились.
    После фактического разгрома лагеря, казалось, можно было бы уходить. Но вот вдали показалась группа немецкой пехоты. Осадчий приказал поразить и эту цель. Командир орудия «приложился» к голове, а потом – и к хвосту колонны. Слаженно заработали и наши автоматчики.
    На третий день рейда экипажу КВ выпал еще один поединок, на этот раз – с тремя немецкими танками. И здесь оправдала себя тактика Осадчего: КВ сразу же поджег передовой, а затем замыкающий танки. Уцелевший же был оставлен членами экипажа, и автоматчики захватили его! Но и танк Осадчего был поврежден – наскочил на мину. К счастью, случилось это поздно вечером. Под покровом темноты танкисты исправили ходовую часть и наутро вернулись в свое расположение.
    Смелая вылазка наших воинов имела впечатляющие результаты. Был дестабилизирован важный участок передовой линии фронта противника под Ленинградом. Удалось расширить фронт прорыва для наших войск, чем и воспользовались части под командованием генерала Н. Гагена. Тактический бой, таким образом, привел к оперативному успеху, сыгравшему определенную роль в ослаблении блокады многострадального города. Добивала вражеский лагерь морская артиллерия, которая тесно взаимодействовала с фронтом. Бесстрашный танкист был представлен к званию Героя Советского Союза. Мне довелось прочитать копию наградного листа, которая хранится у Д. Осадчего как семейная реликвия. К сожалению, в горячке боя документ не дошел до высших инстанций… Обидели боевого офицера.
    В мирное время заслуженный ветеран войны Дмитрий Иванович Осадчий стал генерал-майором, кандидатом военных наук, видным специалистом в области ракетной техники. Был военным атташе в Венгрии. В настоящее время активно работает в Российском комитете ветеранов войны. Это высококультурный, широко эрудированный военный деятель, типичный представитель передового русского офицерства.

    Экипаж корабля – только девушки
    Многие люди считают, что у войны – не женское лицо, что воевать – удел только мужчин. Но когда над Родиной нависла смертельная опасность, наряду с мужчинами на ее защиту встали и наши сильные духом девушки и женщины. Вспомним о славных делах фронтовых медсестер и врачей, героических летчиц, разведчиц, партизанок… И вопреки предрассудкам «старых морских волков» о том, что присутствие женщины на корабле якобы ведет к беде, на огненной Волге успешно действовал загадочный «женский» тральщик под номером 611. Бывалые моряки с любопытством присматривались к загадочному экипажу – на палубе и ходовом мостике мелькали только симпатичные девушки в матросских тельняшках и – ни одного мужчины!
    В ходе Сталинградской битвы буксирный теплоход, которым управляла бравая комсомолка Тоня Куприянова, наряду с боевыми кораблями выполнял важные задания: перевозил военные грузы, продовольствие, раненых на левый берег реки. С усилением минной опасности на Волге встал вопрос о переоборудовании буксира для тральных работ. Капитан Антонина Куприянова, мотористки Евдокия Пархачева и Агния Шабалина начали упрашивать командование оставить на тральщике женский экипаж. Командующий Волжской военной флотилией контр-адмирал Д. Рогачев и его подчиненные задумались: не могли они нарушить строгие флотские правила. Дело дошло до Наркома Военно-Морского Флота адмирала Н. Кузнецова. Николай Герасимович был человеком смелым, прогрессивно мыслящим, и он разрешил! В порядке исключения и эксперимента. И не ошибся: женский экипаж с помощью опытных минеров-мужчин быстро изучил тральное дело. К трем девушкам добавились еще рулевые Тамара Декалина и Вера Ухлова, а также удалые боевики – пулеметчица Вера Чапова, минер Анна Тарасова. Так постепенно загадка волжского «женского» тральщика раскрывалась.
    Вражеские летчики сбросили в реку несколько сот смертоносных мин, в каждой из них – до трехсот килограммов тротила. Подводная угроза сильно затрудняла необходимые для сражающихся войск перевозки, переброску пополнения. А ведь во время Сталинградской битвы корабли флотилии переправили в сражающийся город более 63 тысяч солдат и офицеров, более 15 тысяч тонн боеприпасов, продовольствия, около 500 боевых машин. Командующий легендарной 62-й армией генерал В. Чуйков писал в своих мемуарах: «Неоценимую услугу армии оказали моряки Волжской военной флотилии. Каждый рейс через Волгу был связан с большим риском для жизни экипажей… Если бы этого не было, возможно, 62-я армия погибла бы без боеприпасов и продовольствия и не выполнила бы своей задачи».
    Однажды разведка донесла, что на одном из участков реки фашистские самолеты сбросили очередную партию мин. Девушкам это, конечно, не «понравилось». Галс за галсом тральщик бороздил водную гладь реки весь день, но безрезультатно. А командир Куприянова уже хорошо знала, что гитлеровцы ставили хитроумные акустические и магнитно-акустические мины, рассчитанные на срабатывание, допустим, только после пятого, седьмого или десятого прохода над ними корабля. И приказала рулевой Декалиной: «Тамара, еще два-три захода, но ближе к берегу!» Терпения у членов экипажа хватало. И вот уже под вечер за кормой последовал взрыв. Ага, нащупали вражеские «сюрпризы». В этом месте сбросили несколько глубинных бомб. Опасная подводная банка была уничтожена. Но от взрывов на 611-м появились повреждения, трещины в корпусе, через которые начала поступать вода. Сигнала SOS девушки не подавали, сами справились с бедой. Мотористки Евдокия и Агния проворно заделали трещины в корпусе, откачали воду. Поколдовали над заглохшим двигателем, и когда он заурчал, девушки ликовали и сразу же взяли курс на свою базу. Командир бригады траления капитан 2 ранга В. Кринов объявил им благодарность и представил к правительственным наградам.
    Бссстрашные девушки – морячки воевали до конца Сталинградской битвы, а затем вместе с другими кораблями еще долго тралили Волгу, очищая ее от опасных мин, обеспечивая уже мирное судоходство на великой русской реке.
    После войны мне захотелось подробно узнать о других фактах фронтовых биографий мужественных волжанок, о боевой работе их тральщика. Ветераны Волжской флотилии поведали мне некоторые сведения о послевоенной судьбе членов экипажа 611-го: выйдя замуж Тамара Ивановна Декалина стала Алексеевой и поселилась в Ленинграде. Вера Варламовна Уклова – Фроловой с местом жительства в Саратове. Там же проживала и Антонина Петровна Куприянова. Агния Павловна Шабалина стала Нешиной (г. Волжск), Евдокия Пархачева – Мочаловой (г. Серов), Вера Чапова – Курдюковой (покойная), Анна Тарасова – Телицкой (г. Яхрома). Если кто-нибудь из них, или родственников или друзей прочитает эти строки, просьба откликнуться и написать в редакцию «Ветерана». И тогда можно будет продолжить рассказ о волжском корабле, героическом экипажем которого были девушки.

    «Где появляется генерал Судец, там фашистам конец!»
    Этот пожилой (более 80 лет!), но еще бодрый и подтянутый человек ежедневно едет в Военно-воздушную академию имени Жуковского, где читает лекции по истории военного искусства, передает свой богатый фронтовой опыт молодым авиаторам. Потомственный военный, Георгий Баевский окончил аэроклуб, Серпуховскую военную авиационную школу летчиков и затем сам готовил авиаторов для фронта. Свое боевое крещение получил в Курской битве, состоя в 5-м гвардейском истребительном авиаполку, который входил в 17-ю воздушную армию генерала В.А. Судца. Его подчиненные, смелые и умелые летчики, говаривали: «Где появляется Судец, там фашистам конец!» И это не случайно, ведь и сам Владимир Судец был храбрейшим истребителем. В эту боевую школу сразу же включился и Жора, как называли Баевского друзья.
    В битве моторов, как называли Курское сражение, участвовали тысячи танков, самоходных орудий и бронетранспортеров, самолетов с красными звездами на бортах или черными крестами. Земля дрожала от взрывов снарядов, бомб и мин, от грохота моторов и лязга гусениц, небо застилали дым, пепел и пыль. Сражение шло на жизнь или смерть. Гитлеровцы пытались взять реванш за сокрушительное поражение в Сталинградской битве и предпринять решительное наступление на Москву, на этот раз – с юга. Не вышло, советское командование разгадало коварный замысел фашистов и заранее, до их предполагаемого наступления. Ударили по переднему краю и в глубину из всех видов оружия. В том числе и бомбоштурмовой авиацией. В те июльские дни сорок третьего под Прохоровкой и летчик Баевский отличился, сбив 12 воздушных пиратов! Замечательный успех. Так действовали все ребята генерала Судца. А наш летчик получил два ранения и был сбит. Но сумел посадить поврежденную машину. В той битве победили краснозвездные машины, ведомые опытными боевыми мастерами, отважными воинами-патриотами.
    А вот еще такой редкий фронтовой эпизод. В конце того же года в небе Украины ведущий старший лейтенант Баевский и ведомый лейтенант Петр Кальсин отправились на свободную охоту против немецких самолетов. Линию фронта их истребители Ла-5ФН проскочили на большой скорости на бреющем полете и взяли курс к аэродрому оккупантов в районе Кривого Рога. На пути обнаружили вражескую колонну из бронетранспортеров и легковых машин и разгромили ее. Но вдруг появилась «рама» - немецкий корректировщик-разведчик «Фокке-вульф-189», атаковали и сбили врага. Отстреливаясь, «рама» попала в самолет Георгия, которому пришлось посадить его «на живот». Петр бросился спасать друга, приземлившись на заснеженном поле. Жестом показал Георгию: «В кабину!» когда же в одноместной машине оказалось двое, ее центровка нарушилась. Касаясь земли, лопасти винта, к ужасу летчиков погнулись! Все попытки взлететь не увенчались успехом. Тогда Баевский выскочил на поле и попытался раскачать машину. Пусть улетит хотя бы один летчик. Не получилось. Решил влезть в технический отсек, что в хвостовой части. Но лючок никак не открывался. А со стороны аэродрома уже бежали немцы, что-то галдели и размахивали автоматами. Ломая ногти и в кровь изранив пальцы, наконец, открыл лючок и влез в отсек. Ногами, упираясь в пашню, подталкивал самолет. И он взлетел! Под бешеным обстрелом озверевших от неудач гитлеровцев.
    Вскоре друзей обнимали и поздравляли на своем аэродроме. Весть о невиданном подвиге летчиков, сравнимом с подвигом Маресьева и Девятаева, облетела весь фронт. О нем сообщилось в сводках Совинформбюро. Писали в газетах и боевых листовках. Командующий войсками 3-го Украинского фронта генерал армии Р.Я. Малиновский издал специальный приказ. Отважных и находчивых летчиков 5-го гвардейского авиаполка поставил в пример другим фронтовикам. И наградил их орденами Красного Знамени. Сейчас Герой Советского Союза генерал-майор авиации Георгий Артурович Баевский, рассказывая об этом драматическом эпизоде, говорит, что ничего необычного летчики не совершили…


    Моряки – герои Дуная
    Прорываясь сквозь фермы разрушенных мостов, форсируя минные поля, подавляя огонь противника с обоих берегов реки, корабли Дунайской флотилии шли вперед, на запад. Вместе с войсками 2-го и 3-го Украинских фронтов они участвовали в освобождении от фашизма Румынии, Болгарии, Югославии, Венгрии, Чехословакии и Австрии. В сложных условиях высадили 20 тактических десантов, в основном в тылу врага. Существенную помощь оказали войскам, переправив через Дунай свыше 900 тыс. человек, 1,5 тыс. танков и САУ, более 7 тыс. орудий и минометов, 450 тыс. тонн различных грузов. Вот один из дунайских десантов.
    В ночь на 3 декабря сорок четвертого года бронекатера скрытно высадили десант в районе югославских населенных пунктов Вуковар – Опатовац. Рота морских пехотинцев под командованием старшего лейтенанта Егора Ларикова внезапно ворвалась во вражеские траншеи и «учинила фрицам побудку», как он мне потом поведал. Да такую побудку, что никто из них живым не ушел. Но вдруг где-то застрочил пулемет. Лариков и матрос Мурадов подкрались к огневой точке и гранатами заглушили ее. Офицер развернул немецкий пулемет и пустил его в дело. На пути к Опатовацу рота Ларикова за три дня уничтожила несколько десятков гитлеровцев, подбила пять танков, захватила минометную батарею, 15 пулеметов и склад с медикаментами.
    В Опатовац морские пехотинцы и югославские воины нагрянули внезапно. Впотьмах наткнулись на две «пантеры», к которым уже спешили разбуженные выстрелами фашисты. Мешкать и рассуждать было некогда. Вскинув автомат, Лариков скосил экипаж одного из танков, однако в другую машину успели заскочить несколько немцев, тут же открывшие ответный огонь. Снарядом разворотило угол ближнего дома, ранило несколько бойцов и самого Ларикова. Но в горячке боя ему хватило сил пробежать вперед и бросить в еще открытый люк машины «лимонку».
    В боях за Будапешт снова отличилась рота Егора Ларикова, а сам командир получил пятое ранение. Недавно Герой Советского Союза полковник в отставке Е.Г. Лариков скончался.
    За большие боевые заслуги Дунайская флотилия награждена орденами Красного Знамени, Кутузова II степени, Нахимова I степени. Ее деятельность до сих пор изучается в военных училищах и академиях.

    «Морские кроты» в подземельях Будапешта
    …Они шли согнувшись, в кромешной тьме, иногда ползли, погружаясь в холодную стоячую воду. От зловонных испарений дышать было тяжело, но морских разведчиков немного спасали противогазы.
    Битва за Будапешт продолжалась сто девять напряженных дней и ночей. Вышибленная из Пешта крупная, почти двухсоттысячная группировка укрылась в правобережной Буде. Фашистский штаб обосновался в Королевском дворце, что на Крепостной горе.
    - Вот оттуда и надо доставить сведущих «языков», - твердо заявил командующий флотилией контр-адмирал Г. Холостяков командиру отряда разведчиков старшему лейтенанту Виктору Калганову. – А также выведать, где стоят штурмовые орудия. И учтите, это приказ самого маршала Толбухина.
    В назначенный час – двадцать ноль-ноль – смельчаки поочередно нырнули в каменный колодец и пошли по подземным трубам (канализация в то время не работала). У одного из подземных перекрестков отряд разделился на две группы. Через три часа сорок минут изнурительного пути группа Венедикта Андреева достигла пункта севернее Королевского дворца. Подошли к нужному колодцу. «Алексей, вперед!» - промычал Андреев сквозь противогаз. Матрос Чхеидзе подставил могучие плечи спортсмена под тяжелую крышку, с трудом вытолкнул ее. «Морские кроты» вышли в безлюдный переулок. Осторожно прошли к площади, на которой длинными рядами выстроились крупнокалиберные орудия. «Вот из них и палят немцы по Пешту, - шепнул Андреев Алексею. – Пересчитай, доложим начальству».
    В ожидании «языка» засаду устроили в темном подъезде. На офицера напали внезапно и втащили его в колодец. Им оказался, как выяснилось позже, майор Штрунк из штаба бригады штурмовых орудий. А группа Калганова захватила обер-лейтенанта Рейнрора, штабиста сухопутной части. То, что надо!
    Обратный путь оказался еще более трудным. Все основательно вымотались от физического и нервного перенапряжения. У некоторых моряков носом шла кровь. Но упорно пробирались к своим – ведь задание выполнено! Немецкие «языки» дали ценные сведения, которые были учтены при подготовке окончательного штурма Буды. А выявленная позиция штурмовых орудий была разгромлена нашей артиллерией. Интересно, что при допросе (после мытья под душем) обер-лейтенант Рейнрор, между прочим, признался: «Теперь я точно знаю, что побывал в аду! Даже не надеялся выбраться оттуда! Но меня и господина майора спасли и вывели из-под земли ваши матросы. И даже дали нам свои противогазы. Они прямо-таки супермены!» Ну что же, признания противника имеют особую цену.
    Я хор ошо знал этих смелых и находчивых разведчиков. Чтобы выполнить задание, они не раз переходили линию фронта, проникали в тыл врага, и могли сделать казалось бы невероятное, как показал их почти фантастический подземный рейд из Пешта в Буду. Вот почему один из них – Алексей Чхеидзе, - став глубоким инвалидом после подрыва на мине, нашел в себе силы собрать материалы о боевых друзьях и написать книгу «Записки дунайского разведчика». Она выдержала по четыре издания в Москве и Тбилиси, а также переведена в Болгарии и Венгрии. Так велико было значение подвига моряков флотилии. И об этом хорошо помнят жители придунайских стран, в чем убедился автор этих строк, участвуя в походе дружбы по Дунаю на кораблях Черноморского флота. Молодых моряков -наследников героев Отечественной войны – тепло встречали люди в Белграде, Будапеште, Вене… На причалах звучали чарующие мелодии Штрауса и нашего «Майского вальса», в котором есть замечательные слова: «Помнит Вена, помнят Альпы и Дунай»…

    Бой в центре Вены
    Проиграв сражение на территории Венгрии, гитлеровское командование готовилось дать решительный бой нашим войскам в борьбе за Вену. Были заминированы дороги и здания, взорваны четыре из пяти мостов через Дунай. Центральный, Райхсбрюкке тоже подготовили к подрыву. Но маршал Толбухин потребовал сохранить мост как будущую переправу для наших войск, как важную транспортную артерию города.
    Контр-адмирал Холостяков и командир бригады кораблей капитан 2 ранга Аржавкин предложили высадку десанта по овладению мостом произвести днем! Нет, они напрасно не рисковали людьми, а брали в расчет их мастерство и мужество, умение действовать внезапно и решительно. Руководил высадкой отважный и, вместе с тем, веселый офицер старший лейтенант Семен Клоповский. В середине дня 11 апреля сорок пятого года он смело повел вверх по Дунаю пять бронекатеров. На первых двух, которыми командовали опытные офицеры А. Третьяченко и А. Синявский, находилось по пятьдесят закаленных в боях автоматчиков из 80-й гвардейской стрелковой дивизии. Три других катера были кораблями артиллерийской поддержки и прикрытия.
    Противник встретил катера на подходе к мосту сильнейшим огнем из всех видов оружия. Вода в реке как бы кипела от разрывов снарядов и мин, в воздухе проносились тысячи трассирующих пуль. Отстреливаясь, «морские танки» упорно шли вперед. Их поддерживали авиация и береговая артиллерия. В критический момент Клоповский по рации передал условный сигнал кораблям прикрытия, и те устремились под мост. На них и сосредоточили основной огонь гитлеровцы. Таким образом, была создана видимость дальнейшего прорыва кораблей вверх по Дунаю. Немцы поддались на эту уловку. Выигрыш нескольких минут решил успех задуманной акции.
    А тем временем катер Третьяченко высадил гвардейцев у левого берега, Синявского – у правого. Стреляя на ходу, смельчаки бросились на мост. Появление их здесь вызвало панику у фашистов. Все они были уничтожены или сброшены с моста! Специалисты быстро нашли адские провода, перерубили их, и заложенные там фугасы не сработали. Мост был спасен! Темпераментные и благодарные венцы называли его то «Мостом Красной Армии», то «Мостом маршала Толбухина», о чем я читал тогда в местных газетах.

    * * *

    Опыт боев и операций Великой Отечественной войны изложен во многих книгах и учебниках, тщательно изучается в военных учебных заведениях. Но почему же иные командиры допускают грубые тактические ошибки, так сказать, в малых войнах, в той же Чечне. Сколько раз федеральные автоколонны попадали в засаду. Поражались передняя и концевая машины, а затем остальные. А ведь Отечественная война дает столько ярких примеров, когда фронтовики прибегали именно к такой тактике уничтожения фашистских колонн танков и бронетранспортеров. Как это сделал старший лейтенант Дмитрий Осадчий еще в 1942 году, действуя на танке КВ.
    Очень печально, что наши боевые машины подрывались на минах и фугасах на дорогах, улицах, на пресловутой площади Минутка в Грозном. До удивления, коварная тактика бандформирований раз от разу повторяется, а некоторые командиры частей и подразделений не учитывают это. Почему, в частности, перед движением колонн не проводятся предварительная разведка местности, воздушное наблюдение, другие меры предосторожности и предотвращения обстрелов, засад, минной опасности. Здесь, видимо, могут помочь и космические средства – ведь было заявлено, что искусственные спутники Земли способны «видеть» не только отдельный автомобиль, но и «читать» его номер. Так почему же не проследить за скрывающимися машинами с бандитами и не навести на них боевые средства? Почему наконец федеральные силы не устраивают эффектные засады бандитским группам, не используют своих снайперов? У нас есть и другие возможности для более быстрого восстановления мирной жизни в Чеченской Республике.
    Если объективно взглянуть на военные акции США и НАТО в Ираке, Югославии, Афганистане, то выявится такая характерная деталь. Проводя эти акции, западники эффективно использовали новейшее высокоточное оружие, а их самолеты бомбили объекты в основном ночью и с больших высот. Стремились точно поразить цели (хотя не всегда это получалось) и с минимальными потерями для своих участников. Ясно, что при такой тактике у них появлялось значительно меньше цинковых гробов.
    Изложенные малые, но героические эпизоды большой войны показывают, насколько важно было побеждать нашим воинам, в частности морякам, на отдельных участках фронта, в повседневных боях местного значения. Ведь из них тоже слагалась наша Великая Победа. Они свидетельствуют и о том, что опыт Великой Отечественной войны до сих пор не утратил своего значения и при необходимости творчески может быть применен.

    Капитан 1 ранга в отставке
    Леонид ЧЕРНОУСЬКО.
    Заслуженный работник культуры РФ.

    На снимках:
    Эскадренный миноносец «Сметливый» в походе.
    Старший инженер-лейтенант Л. Черноусько выходит из машинного отделения корабля. 1941 г.
    Капитан 1 ранга в отставке Л.Д. Черноусько.
    Старшина 1-й статьи Д. Вонлярский. 1941 г.
    Герой Советского Союза мичман в отставке Д.Д. Вонлярский
    Генерал-майор в отставке Д.И. Осадчий.
    Часть экипажа легендарного волжского тральщика (слева направо): А. Шабалина, В. Чапова, А. Куприянова (командир), В. Ухлова, А. Тарасова. 1943 г.
    Герой Советского Союза генерал-майор авиации в отставке Г. Баевский.
    Герой Советского Союза капитан Е. Лариков. 1945 г.
    Дунайский разведчик матрос Алексей Чхеидзе. 1945 г.
    Старший лейтенант С. Клоповский. 1945 г.
    Штурм Венского моста. С картины художника А. Трошичева.

  3. #3
    Senior Member
    Регистрация
    22.09.2008
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    3,436

    По умолчанию САМЫЕ ПАМЯТНЫЕ ДНИ ВОЙНЫ

    САМЫЕ ПАМЯТНЫЕ ДНИ ВОЙНЫ



    Капитан 1 ранга Леонид ЧЕРНОУСЬКО, заслуженный работник РФ

    После окончания Высшего военно-морского инженерного училища мне довелось служить на эскадренном миноносце «Сметливый». Обстановка в начале сороковых годов на Балтийском море была очень тревожной. Гитлеровская Германия усиленно вооружалась, а затем перешла к захвату европейских стран. Мудрым решением наркома Военно-морского флота адмирала Н. Кузнецова ряд кораблей был выдвинут на передовые базы. Наш эсминец вначале оказался в Таллине, а затем в Риге.
    И вот на рассвете 22 июня 1941 года мы оказались на передовой линии огня. На город и корабли посыпались вражеские бомбы. Загрохотали зенитные орудия. Однако настоящее боевое крещение экипаж эсминца получил уже днем. После постановки мин в Ирбенском проливе, запирающем вход в Рижский залив, корабль атаковали вражеские самолеты. Командир корабля капитан 2-го ранга В. Нарыков прибегнул к резкому маневрированию и таким образом избежал прямого попадания. На боевом счету «Сметливого» в Финском заливе стала и потопленная немецкая лодка. Навсегда врезался в память переход кораблей Балтийского флота из Таллина в Кронштадт. Более двухсот вымпелов во главе с флагманским крейсером «Киров» под воздушным прикрытием направлялись в свою историческую базу. Авиация и подводные лодки противника пытались помешать этому переходу. «Сметливый» шел по правому борту флагманского крейсера, «Яков Свердлов» – по левому борту. И вдруг раздался сильный взрыв, эсминец с левого борта разломился пополам и стал тонуть. Катера спасали моряков, оказавшихся в воде. Этот драматический эпизод до сих пор стоит у меня перед глазами.
    Кораблям часто приходилось обстреливать позиции береговой артиллерии гитлеровцев, чтобы ослабить удары врага по Ленинграду. А в критический момент по приказу командующего флотом вице-адмирала В. Трибуца девять наших кораблей вошли в Неву, и их артиллерия была включена в общую систему обороны города. Моряки сбивали фашистские самолеты, но главное – подавляли артиллерийский огонь оккупантов. Так, при очередном обстреле осажденного города немецкими орудиями из района Ораниенбаума наш эсминец вступил с противником в так называемую контрбатарейную борьбу, маневрируя между Ленинградом и Кронштадтом. Цели указывались корректировочным постом лейтенанта Ильясова, находившемся на берегу. Корабельные комендоры (матросы) выпустили подряд 598 снарядов из орудий главного калибра и заставили гитлеровцев замолчать. Как доложила разведка, значительные силы противника были разгромлены. Поскольку наш эсминец стрелял на ходу, то ни один вражеский снаряд цели не достиг. Правда, от их разрывов в воде осколки попадали и в корабль. По возвращении к причалу мои подчиненные по аварийным партиям (а я отвечал за живучесть корабля) насчитали в надводной части и надстройках более двухсот пробоин! За обеспечение боеспособности корабля в тех боях я был награжден первым орденом – Отечественной войны 1 степени.
    Во время одного из обстрелов города досталось и мне: получил тяжелое ранение правой ноги. После излечения меня уже не пустили служить на действующий корабль. Предложили должность фронтового корреспондента журнала «Морской сборник». Нога заживала, и я начал мотаться по всем действующим флотам – на Северный флот, потом на Днепровскую военную флотилию, на Черноморский флот. Здесь на одном из эсминцев произошла встреча с наркомом ВМФ адмиралом Н. Кузнецовым. Он одобрительно сказал: «Это хорошо, что вы находитесь здесь. О боевых действиях черноморцев следует писать, об этом должны знать на других флотах». Следуя указаниям наркома, я обратил внимание на активные действия бригад торпедных катеров и катеров-охотников за подводными лодками. Они атаковали вражеские суда и конвои у крымских берегов.
    В то время катера проводили десанты через Керченский пролив, и в минуты передышки командир отряда морских охотников Павел Державин поведал мне об уникальной новороссийской десантной операции. Дело в том, что командованию стало известно о сильном минировании причалов порта. Впереди большого отряда катеров-охотников с десантниками на борту отправили быстроходные торпедные катера. Торпеды взорвали причалы порта, разрушив заминированную полосу, и катера смогли высадить бойцов. За эту операцию капитан 3-го ранга П. Державин был награжден орденом Суворова 2-й степени. Это редкая награда для морского офицера такого ранга. Позже за выдающиеся успехи в борьбе за Крым он был удостоен высокого звания Героя Советского Союза.
    После освобождения Крыма, Севастополя, Одессы и завершения Ясско-Кишиневской операции наши войска подошли к границам Румынии и Болгарии. Им содействовали корабли и части Черноморского флота и вновь сформированной Дунайской флотилии. На тральщике под командованием капитана 3 ранга Натана Ратнера я прибыл в Констанцу и затем в Варну. Рота старшего лейтенанта Егора Ларикова так стремительно ворвалась в Бургас, что немецкие моряки вынуждены были спешно затопить в порту десятки своих кораблей. Бесстрашие Ларикова поражало воображение. Он лично мог и танк подорвать, и гранатами заставить дзот замолчать. Его рота участвовала в десятках боев и десантов. Под Будапештом Лариков в пятый раз был ранен, но продолжал руководить подчиненными. За эти заслуги он был удостоен звания Героя Советского Союза.
    В ходе боевых действий на Дунае вновь отличилась бригада бронекатеров П. Державина. Она разгромила немецкую флотилию, а те корабли и баржи, которые уцелели, немцы затопили сами. Было потоплено свыше двухсот кораблей и барж! Мне довелось присутствовать на встрече маршала Иосипа Броз Тито с моряками Дунайской флотилии. Он горячо благодарил за помощь в освобождении Белграда: «Вы вернули нам Дунай – реку нашей жизни», – сказал маршал.
    Я познакомился с замечательным морским минером Григорием Охрименко. Этот мастер своего дела еще в осажденном Севастополе сумел разоружить хитроумную немецкую магнитно-электрическую мину, предотвратив большие потери наших кораблей. А здесь, на Дунае, разгадал тактику и технику минирования реки и обозначил безопасные фарватеры для боевых кораблей и судов придунайских стран. В ходе боевых действий по «фарватеру Охрименко» пошли караваны советских судов с продовольствием и топливом для народов Югославии и других стран. Надо полагать, что они этого не забыли.
    Войска 2-го и 3-го Украинских фронтов и содействующая им Дунайская флотилия продвигались на запад. Бои за Будапешт длились 109 дней и ночей. Дальнейшему продвижению кораблей препятствовало сильное минирование Дуная. В штабе флотилии родилась идея достать у противника карту постановки мин на будапештском участке реки. Начальник штаба флотилии капитан 1-го ранга А. Свердлов подготовил группу разведчиков во главе со старшим лейтенантом В. Калгановым, в которую входил югославский доброволец П. Джорджевич, служивший ранее в пароходстве Венгрии. Разведчики ночью перешли линию фронта и проникли в здание пароходства. Сумели вскрыть сейф, в котором находилась заветная карта, по которой минеры Охрименко провели работу по фарватеру. Вскоре левобережная часть столицы Венгрии Пешт была взята. Крупная группировка противника (около 200 тысяч гитлеровцев) была сосредоточена в Буде. Необходимо было точно узнать расположение сил противника. И здесь морские разведчики снова перехитрили врага, проникнув в Буду по подземным коммуникациям. Морские «кроты» смогли разведать расположение немецкой артиллерии и танков, взять двух ценных «языков». Эта дерзкая акция помогла командованию разгромить группировку противника. 13 февраля 1945 года Будапешт был взят.
    Расскажу еще об одном героическом эпизоде боев, уже в столице Австрии. Отступающие гитлеровцы взорвали в Вене четыре моста из пяти. Маршал Ф. Толбухин приказал сохранить мост Райхсбрюкке для задуманной операции. В середине дня 11 апреля пять бронекатеров под командованием старшего лейтенанта С. Клоповского стали приближаться к заветному мосту. Противник, не ожидавший их появления в дневное время, открыл ожесточенный огонь. Но огонь наступавших превзошел усилия противника. А тут еще три катера прорвались под мостом и отвлекли внимание врага. В это время катера высадили десант на мост с двух сторон. Вскоре силы противника на мосту были подавлены, войска двух фронтов соединились, и 13 апреля Вена была освобождена. В то время в местной печати Райхсбрюкке называли то «мостом Красной Армии», то «мостом маршала Толбухина».
    А вскоре пришла радостная весть из Берлина о том, что войска противника полностью разгромлены и гитлеровская Германия капитулировала.
    Вместе с воинами до Вены дошли и корреспонденты. Горжусь тем, что за участие в боях и журналистскую работу награжден четырьмя орденами и многими медалями. Среди них – «За оборону Ленинграда», «За оборону Кавказа», «За освобождение Белграда», «За взятие Будапешта», «За взятие Вены». Вот такая боевая география у военного журналиста.

    «Психологическая газета: Мы и Мир» №5, www.gazetamim.ru

  4. #4
    Senior Member
    Регистрация
    22.09.2008
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    3,436

    По умолчанию ИМЯ ГЕРОЯ НА БОРТУ Т-34

    Славные подвиги фронтовиков

    ИМЯ ГЕРОЯ НА БОРТУ Т-34

    О том, что танковые войска – главная ударная сила на поле боя, можно было еще и еще раз убедиться, знакомясь с фронтовой биографией бравого танкиста, Героя Советского Союза Евгения Шкурдалова и его однополчан. А он прошел через огонь, зловещий свист пуль и гул снарядов, грохот стальных машин трех операций – Сталинградской, Курской и Балатонской. В боях взаимодействовал с бригадами морской пехоты. Не раз был ранен и контужен, горел в танке, но выжил и закономерно оказался в ряду славных победителей в Великой Отечественной войне! И еще одно примечательное фронтовое событие, связанное с Евгением - в заключительном бою с фашистскими танками на венгерской земле в атаку устремились два Шкурдаловых: один живой на своем танке и рядом стальной Т-34 с надписью «Герой Советского Союза капитан Шкурдалов», управляемый другим офицером, его фронтовым соратником.
    В жизни каждого человека есть события, след от которых надолго остается в памяти. День 12 июля сорок третьего года Евгению запал на всю жизнь. И много раз представлялся в своей жуткой картине во сне. Как рассказывает его жена Ольга Иосифовна, сквозь сон иногда громко командовал подчиненным танкистам: «Вперед, поразить «тигров» на левом фланге!» Да, эту дату – кульминационный момент Курской битвы на Прохоровском поле – запомнили не только ее участники, но и многие фронтовики. Невиданное сражение моторов и брони, огня и нервов прочно вошло в историческую летопись страны, в литературу и искусство, в память народа.
    В тот день, вспоминал Евгений Викторович, над Прохоровским полем стоял сплошной грохот двигателей тысяч бронированных машин, упрямо шедших друг против друга, лязг гусениц, от стрельбы орудий, взрывов снарядов, мин и бомб. От пыли, выхлопных и пороховых газов не видно было даже полуденного солнца! Летний солнечный день превратился в вечерние сумраки! Командиры приказали открывать огонь по силуэтам уже хорошо известных немецких танков. Порой стреляли в упор! Гусеницы, пушки, башни, словно картонные, летели в разные стороны! В этом кошмарном аду каждый командир танка стремился первым поразить врага, иначе сам попадет в чудовищную стальную мясорубку! Сколько «тигров» конкретно подбил каждый из них, сказать было трудно – это была азартная коллективная битва за жизнь или смерть. И командир танковой роты мог только заключить: «Все подчиненные воины дрались достойно, понимая, что фашистов надо остановить и разгромить. А нам надо идти до победы». Сражение было тяжелым, решительным, психологически бескомпромиссным. И не обошлось без потерь».
    В один из моментов боя Евгений услышал в шлемофоне голос друга – старшего сержанта Саши Николаева, бесстрашного механика-водителя соседнего танка. Тот радировал хриплым голосом: командир и другие члены экипажа убиты, я тоже ранен, боеприпасы кончились. И каким-то торжественным голосом добавил: «Иду на таран! Прощай, Женя!» Последовал мощный взрыв, и два встречных «тигра» разлетелись на куски. Движение противника на том участке этой роты было сорвано. Таких героев на Прохоровском поле были многие тысячи.
    После войны по предложению Героя Советского Союза гвардии полковника Шкурдалова одному из танков Железной дивизии было присвоено имя «Александр Николаев». Так было увековечена память героя Курской битвы.
    В горячке боя Евгений был контужен, на несколько секунд потерял сознание. А когда очнулся, с удивлением увидел над собой… голубое небо! Оказалось, вражеским снарядом сорвало башню! Словно, ножом срезало! К счастью, экипаж уцелел. Раненый механик-водитель, бравый казах Худайберген Досниязов нашел в себе силы поврежденной рукой включил заднюю передачу и вывел машину в безопасное место. А командир роты Шкурдалов тут же пересел на другой танк и продолжал руководить подчиненными в той критической схватке с обезумевшими фашистами, которые никак не хотели смириться с поражением. И только когда враг дрогнул и покатился вспять, контуженый и обгоревший Евгений попал в руки полевых медиков. Они перевязали его голову, плечо, дали лекарства, и он, выпив две кружки воды, снова в строю! За активнейшее участие в Курской битве, проявленные при этом храбрость, воинское мастерство и умелое руководство подчиненными, Евгений Викторович Шкурдалов стал Героем Советского Союза.
    Уцелевшие под Курском немецкие силы бежали в западном и южном направлениях. Вскоре разведка донесла – штаб гитлеровцев окопался в небольшом городе Золочёв, что недалеко от Харькова. И вот на рассвете 5 августа восемь тридцатьчетвёрок, всего оставшихся от батальона после горячей схватки на Прохоровском поле, вышли навстречу новому боевому столкновению. Поручили ответственное задание всё тому же опытному и бесстрашному танкисту Евгению Шкурдалову. И он проявил себя здесь искусным тактиком и проницательным разведчиком.
    Предстояло совершить 80-километровый рейд в тылу противника. Зная обстановку, командир в темноте смог разглядеть и определить: в узкой балке движется колонна немецких автомашин под прикрытием нескольких «тигров». И решил пристроиться в конце этой колонны! В надежде, что она выведет его к месту расположения штаба. Поначалу фашисты не обнаружили «сопровождавших». Когда же начало рассветать, наши танки обрушили на врага мощный огонь. В результате разгромили всю колонну – 22 боевых и других машин. А в Золочёве подожгли и разрушили дом, в котором находился штаб вражеских беглецов. Более того, танкисты под руководством своего находчивого командира взяли в плен группу гитлеровцев, среди которых оказался генерал с оперативными документами. За блестящее выполнение важного боевого задания командир танкистов был награжден орденом Красной Звезды. А, забегая вперед, отметим: после войны Е. Шкурдалову было присвоено звание Почетного гражданина города Золочёв и села Уда Харьковской области, где он руководил разгромом гитлеровцев, что привело к освобождению этих населенных пунктов от оккупантов. По приглашению местных властей потом он неоднократно побывал там и его чествовали как героя-освободителя.
    Победу советских воинов под Курском ветеран справедливо считал продолжением их боевого успеха под Сталинградом, где молодой лейтенант в ходе ожесточенных боев командовал танком, затем взводом. Там он продолжил ратные дела своего отца, бойца Красной Армии, машиниста бронепоезда, который воевал в далеком 1918 году на Царицынском фронте. Мать на том же бронепоезде работала санитаркой медпункта. Евгений на мощном танке КВ в августе – сентябре 1942 года громил врага в районе рабочего поселка Рынок, защищал Сталинградский тракторный завод. Подбил пять немецких танков, но в схватке с шестым сам «споткнулся»: КВ загорелся, члены экипажа выскочили и катались по траве, стремясь сбить пламя с горящих комбинезонов.
    С помощью врачей медсанбата здоровый организм Евгения быстро справился с недугами. После излечения лейтенанта послали в Магнитогорск на месячные курсы для освоения нового танка Т-34, ставшего легендарным и грозой для врага. И вскоре он, уже старший лейтенант и командир роты, выводит из ворот завода, что в Нижнем Тагиле, новенькие боевые машины. Оседлав их, танкисты с декабря сорок второго года по март сорок третьего громили оккупантов в районе станицы Мешковской. Здесь за боевые заслуги офицера наградили вторым орденом Красная Звезда. Затем танкисты уже с особым подъемом шли в наступление, громили противника на полях сражений в Корсунь-Шевченковской и Ясско-Кишиневской операций. С боями дошли до венгерской земли. Умелого и опытного фронтовика, уже майора, Шкурдалова назначили заместителем начальника разведки корпуса.
    Его тактические и организаторские качества особо проявились во время Балатонской операции. Обреченные гитлеровцы на пороге своего дома пошли на явную авантюру – решили дать нашим войскам хоть какой-то реванш за поражение под Сталинградом и Курском, пошли в «решительное» наступление у озера Балатон. И получили «по зубам». Евгений Викторович поведал мне такой эпизод. Во время операции он сумел вывести из-под возможного удара наше танковое соединение, которое затем ударом по флангу противника нанесло ему значительный урон. Своим предусмотрительным действием танковый разведчик перехитрил немецкое командование, которое намеревалось пустить в ход новейшие танки, появившиеся на фронте только в начале сорок пятого года. Стотонные бронированные машины с двумя моторами могли наделать немало беды, на них возлагал особые надежды бесноватый Гитлер. А советский майор на этом участке сумел отрезать их от частей снабжения и таким образом лишить их боеспособности.
    В ходе Балатонской операции наши войска под командованием маршала Ф. И. Толбухина полностью разгромили противника. На поле боя было подбито и сожжено 500 немецких танков! «Это результат совместных ударов по врагу наших танкистов, артиллеристов и авиации, - говорил Евгений. – Глядя на сотни пылающих машин и в ужасе мечущихся в пламени фрицев, я подумал в то время – вот один из моментов возмездия фашистам за их преступления на нашей земле. А многим бывалым воинам этот успешный боевой отпор врагу напомнил Сталинградскую и Курскую битвы». Вот именно тогда в разгроме «тигров» участвовали два Шкурдаловых – сам бравый майор и стальной танк с его именем на броне.
    Дело в том, что родные братья – Иван, Владимир и Борис, узнавшие о подвигах на войне дорогого Жени и присвоении ему высокого звания, решили обрадовать фронтовика. Иван и Владимир работали в Сибири геодезистами, а Борис на оборонном заводе. Патриоты собрали деньги, купили за свой счет танк Т-34 и попросили начертать на его борту «Герой Советского Союза капитан Шкурдалов». Так в танковой части появилась новенькая машина, что вызвало настоящую сенсацию среди сослуживцев Евгения. Он придирчиво и профессионально опробовал ее, поблагодарил братьев за бесценный подарок, похвалил рабочих и инженеров за высокое качество изделия, так нужного фронту. И попросил командование передать танк одному из лучших офицеров части – молодому лейтенанту Михаилу Сырову. «Вдвоем с Михаилом мы подбили несколько немецких танков у озера Балатон», - вспоминал мой друг Евгений, которого знал более тридцати лет.
    Он поведал мне еще об одном интересном эпизоде на венгерской земле. «Участвуя в окружении Будапешта, где окопалась крупная группировка гитлеровцев, танкисты освободили город Эстергом на берегу Дуная. Подошли к красивому храму с белыми колоннами. Зеленый купол ярко искрился под лучами весеннего солнца. Вдруг с колокольни по танкам застрочили крупнокалиберные пулеметы. Уже один воин был ранен. Ребята говорят мне – разрешите прямой наводкой, и от этого божьего места ничего не останется! Нет, этого нельзя делать, храм должен служить людям». И как разведчик, он и здесь перехитрил врага. Группа бывалых бойцов бесшумно сняла часовых у входа и тихо поднялась наверх. Забросали колокольню гранатами! Каково же было удивление воинов, когда уцелевшие гитлеръюгенды слезливо раскрыли свою судьбу: офицеры пристегнули их к железной ограде и приказали стрелять в русских. А потом, мол, они вернутся и освободят. Это еще один факт вероломства гитлеровских авантюристов уже по отношению к своим людям.
    После войны Евгений Викторович окончил с золотой медалью Военную академию бронетанковых и механизированных войск и там же преподавал тактику, передавая слушателям богатый фронтовой опыт. Многие из его учеников стали крупными военачальниками, генералами. Затем он еще окончил МВТУ имени Баумана и работал в НПО «Энергия», участвуя в разработке новых отечественных ракет Имя Героя Советского Союза, заслуженного ветерана Великой Отечественной войны отражено во многих музеях, в литературе. Вместе с верной супругой Ольгой Иосифовной, с которой обручился на фронте, Евгений Викторович не раз посещал места былых боев, особенно Прохоровское поле. Присутствовал при закладке там храма-звонницы. Ныне каждые двадцать минут раздается звон колокола. И люди знают: это в честь трех исторических событий на земле русской – Куликовской, Бородинской и Курской битв.

    Капитан 1 ранга Леонид ЧЕРНОУСЬКО, заслуженный работник культуры РФ. Участник Великой Отечественной войны


    Черноусько Леонид Демьянович,

  5. #5
    Senior Member
    Регистрация
    22.09.2008
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    3,436

    По умолчанию ПОРАЗИЛ ФАШИСТСКИЕ КОРАБЛИ И… ГИТЛЕРА

    Славные подвиги фронтовиков
    ПОРАЗИЛ ФАШИСТСКИЕ КОРАБЛИ И… ГИТЛЕРА

    Да, на завершающем году войны наши войска вели решительное наступление. Им содействовали корабли и части флота. На Балтике подводная лодка под командованием капитана 3 ранга А. Маринеско потопила два огромных судна с отступающими гитлеровскими солдатами и подводниками. Родился Александр в солнечной Одессе. Заразившись морской романтикой, он окончил ленинградское Высшее военно-морское училище и затем служил на Балтийском флоте. Вспоминая этого лихого офицера, черноморский подводник, Герой Советского Союза капитан 1 ранга М. Грешилов говорил словами из песни: «Слава доблестному флоту, / Слава русским морякам, / Кто в глубинах и широтах / Гордо встал на страх врагам!»
    Опасаясь появления советских подводных лодок в западной части Балтийского моря, хитроумные немецкие специалисты перегородили Финский залив, от южных берегов до финляндских, прочными стальными сетями с сигнализацией. Однако наши минеры перехитрили врага, с большим риском проделали проходы в подводной перегородке и наши кронштадские лодки прошли в западном направлении. Преодолели и минные поля, и другие подводные препятствия.
    За свою столетнюю историю отечественный подводный флот знает много героических, да и драматических эпизодов. Подвиг капитана 3 ранга Маринеско в начале сорок пятого года вошел золотой строкой в боевую летопись нашего флота. А ведь командование германским флотом и фашистская пропаганда не раз объявляли уничтожение Балтийского флота – особенно после Таллиннского перехода кораблей и во время блокады Ленинграда. Да, были потери, и с обеих сторон, но наши корабли сохранили боеспособность и участвовали в окончательном разгроме противника. Так, С-13 участвовала в высадке десантов на побережье противника, ставила мины и своей артиллерией потопила вражеское судно.
    И вот самый важный и триумфальный боевой поход подлодка совершила с 11 января по 15 февраля 1945 г. западнее Данцигской бухты. И вот зоркий глаз Маринеско через перископ обнаружил крупную цель, идущую в сопровождении сторожевого корабля. Однако расстояние до транспорта было недосягаемым для торпед и Маринеско 18-ти узловым ходом догнал его. Но позиция лодки была невыгодна для С-13, и командир с большим риском повел ее ближе к берегу и атаковал его. А противник, видимо, не ожидал атаки с этого направления. Три торпеды попали в цель. Позднее выяснилось, что это был девятипалубный лайнер «Вильгельм Густлов» водоизмещением 25484 т, служащий плавучей базой подводных лодок. На ее борту находилось более 6000 человек, в том числе 918 курсантов 2-го учебного дивизиона подводного плавания. Успешную атаку подводной лодки Александра Маринеско специалисты нашего флота и историки назвали атакой века. На самом деле, одним ударом мужественный офицер вывел из строя солидный отряд фашистских подводников, потопил крупный транспорт, который неоднократно использовал германский флот. Взбешенный этой потерей Гитлер назвал нашего офицера своим личным врагом. Однако Александр Иванович Маринеско с презрением называл бесноватого фюрера не только своим личным врагом, но и, конечно, врагом всего нашего народа. Он позорно закончил свою жизнь, а его окружение – фашистские главари осуждены международным Нюрнбергским трибуналом и повешены.
    Этим боевым успехом С-13 не ограничилась. В поле зрения зоркого подводника вскоре попали и другие вражеские цели. 10 февраля в 45-ти милях к северу от маяка Иерсхефт А. Маринеско обнаружил конвой и атаковал, как он полагал, крейсер типа «Эмден», шедший в охранении двух миноносцев. На самом деле это был лайнер «Генерал Штойбен», 14660 т водоизмещением, который также перевозил свыше 7000 пассажиров, в основном гитлеровских вояк. Судно шло противолодочным курсом, но это не спасло его. Две торпеды попали в цель, вызвав на судне пожар и три сильных взрыва, что ускорило его гибель. Силы охранения спасали утопающих и преследование лодки не вели. Взбешенный этой потерей Гитлер назвал нашего офицера своим личным врагом номер один. Однако Александр Иванович Маринеско с презрением называл бесноватого фюрера не только своим заклятым противником, но и, конечно, врагом всего нашего народа.
    Эти грандиозные боевые успехи славного и талантливого подводника послужили основанием для командира соединения капитана 1 ранга А. Орла для представления А. Маринеско к званию Героя Советского Союза. Но по разным причинам этому представлению не был дан ход, и офицер получил орден Красного Знамени. Только через 45 лет за мужество и героизм, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, усилиями многих подводников, а также современного командования Александру Ивановичу посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. Герою установлены памятники и мемориальные доски в Калининграде, Кронштадте, Санкт-Петербурге, а также в Одессе и английском Портсмуте. Имя легендарного А. Маринеско присвоено сухогрузу Черноморского речного пароходства, теплоходу на Балтике, Музею подводных сил России в Санкт-Петербурге. Поистине, все, что связано со славными воинами Великой Отечественной войны, - никто не забыт и ничто не забыто.

    Капитан 1 ранга Леонид ЧЕРНОУСЬКО.
    заслуженный работник культуры РФ

Метки этой темы

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •