Россия # Сенат, 18 Апреля 2009 13:16

ПРИОРИТЕТЫ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ

В: Здравствуйте. В студии Андрей Батурин, и я объявляю очередное заседание телевизионного "Сената" открытым. Сегодня мы будем обсуждать очень обширную тему. Я говорю о приоритетах нашей внешней политики.

У нас сегодня в гостях Александр Михайлович Крамаренко, директор Департамента внешнеполитического планирования МИД России. Аламбек Ахмедович Аслаханов, член комитета Совета Федерации по международным делам. Василий Николаевич Лихачев, заместитель председателя комитета Совета Федерации по международным делам, и Борис Павлович Листов, член комитета Совета Федерации по финансовым рынкам и денежным обращениям.

Добрый день. Ну, действительно, тема заявлена очень обширно. Приоритеты нашей внешней политики. Мне бы все-таки хотелось начать с каких-то базовых вещей. Например, какие сегодня факторы влияют на нашу внешнюю политику? На проведение нашей внешней политики?

ВАСИЛИЙ ЛИХАЧЕВ: Знаете, я думаю, что в самом начале мы должны определиться, о каких категориях, международных, дипломатических, политологических, идет речь, что подразумевается под приоритетами в современной российской дипломатии, российской внешней политики. И в поисках ответа на эти вопросы, мы, естественно, должны обратиться к тексту и Конституции Российской Федерации и новой концепции внешней политики, которую президент Медведев в июле прошлого года официально утвердил. Так вот, сегодня главными приоритетами является меростроительство, верховенство международного права и международных отношений, вопросы о развитии международного экономического порядка, обеспечение и охрана прав человека, СНГ, и очень много других направлений, связанных со сферой как многосторонней, так и двусторонней дипломатии. Естественно, дипломатия парламентская, о ней специально в концепции несколько раз упомянуто, воспринимает в качестве главных векторов, главных дорожных карт своей деятельность вот эти главные приоритеты большой дипломатии, я бы назвал, но, естественно, мы реализуем внешнеполитический курс Российской Федерации, участвуем в этом процессе, используя свой парламентский инструментарий, законодательство, согласование национального и международного права. Используем проблемы ратификации международных договоров Российской Федерации, и, естественно, самым активным образом участвуем в деятельности международных парламентских организаций.

АЛЕКСАНДР КРАМАРЕНКО: …Россия наконец-то поднялась с колен. Есть ли амбиции сегодня у России вновь стать сверхдержавой?

ВАСИЛИЙ ЛИХАЧЕВ: Это очень хороший вопрос, и я думаю, любой мой коллега, присутствующий за столом, подключится к этому разговору. Я очень осторожно и, если хотите, даже резко отрицательно отношусь к фразе "Россия поднимается с колен". Конечно, это какой-то штамп, газетный, журнальный, но Россия географически, геополитически, геоэкономически и так далее с употреблением вот этого первого предлога гео, была, есть и будет страной мирового порядка, страной и державой, которая определяла и будет определять ход современных международных политических и экономических процессов. Другое дело, что ресурс российского государства сегодня, действительно, вырос, во-вторых, он становится очень активным. И, в-третьих, наверное, самое важное, этот ресурс - наши амбиции, в хорошем смысле, российский внешнеполитический прагматизм сегодня признается. И он чувствуется, это, в-четвертых, и в деятельности российской дипломатии, в Организации Объединенных Наций, на треке взаимодействия Москвы и Вашингтона, и, конечно, скажем в наших делах на постсоветском пространстве. Поэтому Россия была, есть и будет, еще раз повторю, Великой державой. Нам бы самим вот это качество, эту предрасположенность, этот статус де-факто и де-юре Российской Федерации, надо очень четко самим представлять.

В: Я не спорю о Великой, Россия всегда была и будет Великой державой. Я говорю о сверхдержаве. Есть ли такие амбиции? У Советского Союза такие амбиции были. И он их претворял в жизнь. Правда, надорвался. Надорвался. И это надо признать. Вот есть ли у нас сегодня такие амбиции стать сверхдержавой вновь? Как Вы думаете?

АСЛАМБЕК АСЛАХАНОВ: Ну, что за государство, которое не имеет амбиций? Амбиция - это стремление к какой-то цели. Мы тоже стремимся занять ту нишу, которую ранее занимал Советский Союз. И я должен сказать, что за последние 9-10 лет у нас мы во многом преуспели и, наверное, одна из причин и заключается в том, что многим это не нравится.

Вот эти проблемы, которые у нас возникают, различные, они вытекают из того, что Россия хочет снова стать супердержавой. Россия хочет громко заявлять свое мнение по тем или иным ситуациям. Скажите, разве было возможно, когда был Советский Союз без согласования с Советским Союзом объявлять, т.е. без, объявлять войну там Ираку, Афганистану, там, и решать развязывать драматические ситуации в Косово, было практически невозможно. И, ну, сейчас вот политика нашего государства, нашего лидера, она резко отличается, наверно, от той политики, что была раньше. Мы сейчас говорим, что мы не хотим бряцать оружием, мы не хотим угрожать, мы не хотим объявлять холодную войну никому. Но и мы все вопросы хотим решать мирным путем, путем диалога. Мы все за то, чтобы все-таки роль ООН была поднята на должный уровень, и решать все согласно решениям через Организацию, Организацию Объединенных Наций. Мы хотим быть, действительно, супердержавой, Великой державой, но не для того, чтобы, значит, навязывать свои там решения, свои режимы, а для того, чтобы совместно с другими государствами, мирными, с учетом интересов всех государств идти к процветанию, идти решать многие глобальные проблемы, которые существуют в нашей стране.

В: На мой взгляд, тоже однополярный мир, это плохо. Все-таки надо быть сверхдержавой, чтобы хотя бы мир был двуполярным, как раньше, ну, сейчас мы провозглашаем о многополярности. Вот Ваша точка зрения по поводу сверхдержавы, мне, например, это импонирует.

БОРИС ЛИСТОВ: Ну, к разумным амбициям я тоже отношусь с импонированием, я считаю, что это, действительно, хорошо, когда есть разумные планы, хорошие какие-то, превратить страну, сделать ее лучше. Другое дело, что я согласен с выступлением дипломатических работников, которые сказали, что сегодня время у нас коллективной дипломатии. Тогда, когда мы должны подходить к решению многих вопросов сообща со всем мировым сообществом. Хотя я должен сказать, что идея амбициозная нашего Президента о создании Международного финансового центра на базе Москвы. То есть, я считаю, что это хорошее время, хорошая идея, которая требует реализации, в том числе, на площадке Совета Федерации. У нас создана рабочая группа, у нас имеется определенный план по принятию определенных законов, которые позволят приблизить к этой, к реализации этой амбициозной задачи.

ВАСИЛИЙ ЛИХАЧЕВ: Да, и чтобы еще дополнить в поисках ответа на ваш вопрос, о державности, о сверхдержавности, я хотел бы несколькими порядками цифр прооперировать. Сегодня в мире насчитывается более 200 государств, когда употребляется этот термин, первый признак-это суверенитет, это способность заключать договоры, выполнять международные принятые обязательства, это вопрос авторитета, в конце концов, морально-политический аспект, так вот, по данным организации объединенных наций, сегодня в мире 52, практически не государства, хотя они являются членами организации объединенных наций, 52 не тянут на этот статус.

ВАСИЛИЙ ЛИХАЧЕВ: И, к слову сказать, с точки зрения реализация своего суверенитета, многие даже государства, которые на слуху, скажем, та же Украина, та же Грузия в реализации своей внешней политики своей дипломатии, демонстрирует неспособность вот подняться на этот высокий уровень критериев Организации объединенных наций. Современные государства. Почему я об этом говорю? Это вносит вот эта категория это расслоение вносит очень серьезную проблему в мироустойчивость. В миротворчество. Если мир достаточно разнообразен, многолик, многоконфессионален, он различен, он несет в себе разного рода разломы, следовательно, возникает вопрос, кто же будет обеспечить вот эту гомогенность? Международно-правовую, геополитическую, с точки зрения развития финансовых ресурсов мира. И здесь мы подходим к роли не одного, не двух, даже не трех великих государств, а нескольких. Наверно, не случайно до сих пор формула Организации объединенных наций об особой ответственности пяти государств, постоянных членов Организации объединенных наций, являются нормы анаксион в действии, и это, с моей точки зрения, очень серьезное, очень большое благо для современного миропорядка. Теперь буквально коротко. Вот глядя на этот шарик...

В: Вот глобус, на самом деле, это глобус.

ВАСИЛИЙ ЛИХАЧЕВ: Да, вот глядя на этот шарик...

В: Да, на самом деле глобус. Давайте посмотрим влияние наше?

ВАСИЛИЙ ЛИХАЧЕВ: Вот было бы легко взять у вас ручку и провести такую жирную и...

В: Я вам даже дам указку.

ВАСИЛИЙ ЛИХАЧЕВ: Да, мне нравится вот...

АЛЕКСАНДР КРАМАРЕНКО: Ну, это геополитика в чистом виде, глобус.

ВАСИЛИЙ ЛИХАЧЕВ: Это геополитика в чистом виде, нет, надо отдать должное авторам этой передачи, которые нашли такое оригинальное решение, вот. Мне кажется, что проблема даже не в обозначении границ векторов влияния Российской Федерации, а в самой сути. Россия сегодня четко представляет свои собственные национальные интересы. И Россия одновременно представляет и несет ответственность за интересы международного сообщества в целом. У нас, например, не все складывается на пространстве СНГ, ну, идет такой сложный процесс притирки, адаптации, согласования. У нас не все просто в отношениях Москвы и Вашингтона. У нас очень много сложностей, это я утверждаю как...
В: Я бы сказал, традиционно.

ВАСИЛИЙ ЛИХАЧЕВ: Традиционно. У нас немало сложностей, я об этом могу свидетельствовать, как бывший посол Российской Федерации при Европейском Союзе, по вектору отношений Брюссель и Москва. Тем не менее, уже сегодня, даже в лице новой администрации господина Обамы, из уст нового госсекретаря Хилари Клинтон звучат и по тональности, и по содержанию другие мысли, и другие гипотезы, чем те, которые мы слышали во время нахождения власти команды Буша.
В: Кстати, вы верите в эту перезагрузку, о которой говорили американцы? Вот те первые шаги, которые администрация Обамы сейчас предпринимает, они, собственно говоря, ничем не отличались, они отличаются от той политики, которую проводил Буш-младший?

ВАСИЛИЙ ЛИХАЧЕВ: Если позволят мне коллеги, я скажу, что я не то, что не доверяю, я доверяю. Но, наверное, здесь должна звучать фраза сдержанного оптимизма. Мы - дипломаты, юристы, политологи, парламентарии - все-таки привыкли работать с конкретными материалами. Вот документ, вот декларация, вот официальный выход. Сегодня, сегодня команда Обамы, которая включает очень много серьезных, хорошо подготовленных международников: юристов, политологов, экономистов, - мне кажется, дает имидж для проверки, для контроля, для настройки вот этой атмосферы. Но в тоже время вот за этой какофонией звуков и деклараций, все-таки прослеживается определенный прагматизм шагов.
В: Все-таки я хотел бы вернуться к нашим ближайшим соседям, к странам СНГ, вы же говорили, что это не... не очень, все мы знаем, достаточно сложно складываются отношения с разными странами и вообще тема СНГ - это отдельно. Вот я бы хотел, чтобы вы оценили вот сегодня состояние дел в СНГ. Насколько себя это организация оправдала, есть ли у нее перспективы для развития? И так далее.

АСЛАМБЕК АСЛАХАНОВ: Ну, если несколько лет назад утверждали наши вчерашние бывшие лидеры республик, что декларативная организация, что от нее толку нет, то сейчас таких заявлений мы почти не слышим.

Единственно, без желания туда входила Грузия в свое время. Украина, они и так в ней не участвуют. А остальные - Азербайджан, Армения, Таджикистан, с которым у нас некоторые там проблемы. Вы знаете, там возникли.

АСЛАМБЕК АСЛАХАНОВ: Активно сотрудничество, взять Казахстан, Узбекистан, Киргизию, я должен сказать, что довольно мы имеем позитивный результат во взаимодействии, и, тем более, создание ШОС, авторитет СНГ, он повысился. И я полагаю, что СНГ имеет неплохое будущее впереди.

В: Вы знаете, благодаря чему решились многие дипломатические споры, то есть что способствовало разрешению дипломатических споров. Знаете что? Хорошая чашка чая.
(сюжет)

В: Согласно нашей Конституции, внешнюю политику государства определяет Президент. Вот мне бы хотелось, может быть, некоторые оценки года президентства Дмитрия Анатольевича Медведева, не простое время, непростое, и естественно, вот можно, в принципе, подвести какие-то итоги, касаемые именно внешней политики. …

ВАСИЛИЙ ЛИХАЧЕВ: Я немножко конкретизирую ответ моего коллеги, очень авторитетного дипломата. Это с парламентского, я хочу это подчеркнуть. Значит, год, действительно, для России и для Дмитрия Медведева, как главы государства, был очень и очень непростой. Ну, пусть оценки дают как бы наше визави, как бы наши партнеры. И следуя вот этим путем, я хочу сослаться на многочисленные встречи, которые у меня, как участника программы "Гости ФРГ", совсем недавно, 2, 3 недели назад, эта программа завершилась. Состоялись в Брюсселе и в Берлине.

Наши партнеры, это 2 помощника генерального секретаря НАТО. Это зам. министра обороны ФРГ, зам. министра иностранных дел, советник госпожи Меркель, канцлер Германии, это 3 председателя постоянного комитета Бундестага. Когда мы с ними и за чашкой чая, и за фужером пива хорошего немецкого размышляли на вопросы российского влияния, российского присутствия европейской мировой политики, я слышал не только слова такие достаточно острые по российской позиции на Кавказе, но и конкретные факты, которые не высоко оценены. Они, например, говорили, что мы рады, Россия восстанавливает отношения с НАТО в рамках программы "Партнерство ради мира".

Мы благодарим Вас за то, что Вы помогаете проведению миротворческих военных операций в Чаде, там российские вертолетчики работают и группа где-то 98 человек. Мы благодарим Вас за техническое содействие операциям в Афганистане, НАТО и американцы.

Мы вообще считаем, что Россия играет исключительную роль в компании по борьбе с международным терроризмом. Ну, мы не только выслушивали эти комплименты, но мы говорили, что есть у нас ресурс, почему мы с Вами не идем дальше. Почему, например, на площадке того же европейского Парламента сегодня принята резолюция, она была принята 2 апреля, принята резолюция, посвященная, казалось бы, очень хорошей теме - содействию подготовки нового соглашения о партнерстве и сотрудничестве между Россией и Европейским союзом. Но там ни одного слова о позитиве, там традиционные вещи, которые связаны с кавказскими событиями. Там упреки, почему Российская Федерация сегодня до сих пор не признала режим Косова. И там ни одного слова по поводу новой инициативы российского политического руководства. Я имею в виду инициативы Медведева о создании новой европейской архитектуры. Идея, которая сегодня очевидно уже носят трансъевропейский характер.

Я говорю, ну, почему же, вот, говорим откровенно, смотрим в глаза друг другу. Почему эти двойные стандарты? Почему у Вас взращивается до сих пор русофобия, русофобские настроения? Вот мы парламентарии, мы входим в разные международные группы, комитеты, делегации парламентские, и мы чувствуем вот такого рода отношение. И я лично вот так отвечаю себе, значит, мы должны быть еще умнее, еще сильнее, экономически благополучнее. Власть должна получать полную поддержку, российская власть от российского общества.

В: Должна быть сверхдержава.

ВАСИЛИЙ ЛИХАЧЕВ: Сверхдержава.

В: У меня такой вопрос. Вот на Ваш взгляд, какие вызовы ожидают нашего Президента в ближайшее время, ну, касаемо, так сказать, внешней политики?

АСЛАМБЕК АСЛАХАНОВ: Ну, в ближайшее время, в ближайшее время, да, у нас вызовов очень много. В ближайшее время у нас в экономическом мире могут быть очень серьезные проблемы. В ближайшее время у нас, может быть, уже даже начались выпады в нашу сторону.
В: Вот некоторые говорят о возникновении некой формы новой холодной войны и так далее?

АСЛАМБЕК АСЛАХАНОВ: На днях сделал заявление министр обороны и наш Президент Дмитрий Анатольевич Медведев, и сразу реакция прессы, что опять витки начинаются холодной войны, что начинается милитаризация, значит, Российской Федерации. И даже проводила на опрос населения одна из радиостанций наших, и заявление о том, что предполагали же возможность войны с Америкой, там более 205% проголосовали, война с Украиной - 13, по-моему, %, война с Грузией - там 7%. Это, конечно, это невозможно, потому что этого не будет, ни одно государство в войне не заинтересовано, что таких войн какие были раньше не будет, это будут ядерные войны.

В: Настроение - показатель.

АСЛАМБЕК АСЛАХАНОВ: Ну, показатель, да.

АСЛАМБЕК АСЛАХАНОВ: И даже вопрос, просто элементарное перевооружение нашей армии, которое, извините меня, оружием стыдно называть то, что у нас сейчас в армии есть, и то, что давно нужно было делать, и много раз выделялись деньги, начинается, на самом деле, мы приобретаем там необходимую нам технику. Это уже воспринимать, по крайней мере, пытаются преподнести, что Россия вновь претендует на роль гегемона, начинается, значит, в России чуть ли не готова взять на себя роль мирового жандарма, как, дескать, когда-то, когда был СССР. И мы вполне ожидаем это, и более того, попытки поссорить нас с Китаем, вот Вы знаете много у нас распространений, что они постепенно захватывают территорию Российской Федерации, глупость неимоверная. Во всех странах китайцы, мы демонстрируем, что самые законопослушные граждане в любом государстве, где они находятся, т.е. вызовы нас ждут от многих тех, которые не хотят, чтобы мы вновь стали тем государством, который каждый из нас мечтает. Я, например, мечтаю, я свою мечту сказал. Я не говорю, что роль должна быть самым достойным государством, оно должно быть, решать вопросы, самые серьезные вопросы, как и другие государства, которые мы называли. Но чтобы мы не стали таким государством, нам нужно ждать вызовы по всем направлениям. И политических, и экономических направлениях, и дипломатических. И я должен сказать, что мы пока удары держим, и мы работаем на опережение, и даже из всех ситуаций, которые создаются вокруг нас, мы достойно из них выходим. …
В: Потому что, потому что, раньше многие, мы информационные войны проигрывали, и это факт это надо признать.

ВАСИЛИЙ ЛИХАЧЕВ: Я думаю, что нам с этим надо согласиться. И подтверждение того, что наши СМИ российские достаточно адекватно действовали все августовские, сентябрьские дня, я могу высказать официальное мнение, которое я слышал и в Европарламенте, и в Европейской комиссии. Передачи РИО-новостей, информационные сообщения, ИТАР-факсы. "Рашен тудей" передача, канал "Вести 24", они проходят, они смотрят. Но, может быть, излишне, скажем, прямолинейная и дальнейшая работа на этой площадке требует очень дифференцированного подхода. Хорошего знания аудитории. И я не могу не вспомнить, что именно американцы после окончания Второй мировой войны, наверное, одними из самых первых в мире задумались над этой проблемой. Как будет восприниматься имидж США в мире, какие ресурсы...

В: У них была специальная организация, называлась USA. Да.

ВАСИЛИЙ ЛИХАЧЕВ: USA 1948 года при Сенате, при Конгрессе США создана специальная структура, которая существует до сих пор. Она выдвигает людей, которые отвечают за те или иные участки информационной деятельности Соединенных Штатов Америки. Была попытка несколько лет назад еще прекратить его деятельность, финансирование его было закончена, они снова вернулись и поэтому не случайно в концепции российской внешней политики появился тезис об информационном обеспечении российской дипломатии и о развитии так называемой публичной дипломатии. И вот здесь мы, парламентарии, и видим огромные ресурсы для своей интеллектуальной и организационной работы. …

БОРИС ЛИСТОВ: Ну, я тоже хотел присоединиться к тому, что время двусторонней дипломатии, оно уходит на второй план, а главное сейчас коллективное наше усилие по выходу из экономического кризиса, нашей коллективной безопасности. Поэтому дипломатия именно региональная, и коллективно, она действительно приобретает новое значение, и какое-то новое формирование возникает у нее. Поэтому я считаю, что будет это некая такая особенность нашей новой дипломатии в будущем году и на будущие несколько лет.

АСЛАМБЕК АСЛАХАНОВ: Мне понравилась эта концовка Александра Михайловича, глобальные вызовы, говорит, отдают, наверное, дадут глобальные возможности. Мне очень хочется в это поверить, что мы сделаем очень серьезные выводы из экономического кризиса, который достал и нас, хотя мы на первом этапе думали, что он нас не коснется, что мы, исходя из этого, не только мы и наши партнеры и наше государство, с кем мы имеем хорошие отношения и налаживаем отношения, все-таки будет пытаться решать, исходя из общей беды, которая пришла, будет стремится все-таки вопрос решать, значит, взаимовыгодно друг для друга и для других государств, не путем конфликтов, и я думаю, что вот эта беда, которая произошла сейчас в мире, она даст возможность и всем понять, что без России решать глобальные вопросы на нашей планете очень сложно и нужно все эти вопросы решать со всеми. Мне, по крайней мере, так кажется и мне очень хочется.

В: Пожалуйста.

ВАСИЛИЙ ЛИХАЧЕВ: Первое десятилетие XXI века показало, что нет альтернативы такой формулы управления, как три Д: доверие, диалог и действие. И вот чтобы эта формула как бы состоялась, и в концептуальном плане, и в прикладном, нужно решить одну стратегическую вещь. Признать, что мы живем в мире неделимой безопасности. В мире безопасности взаимозависимой. И то, что Дмитрий Медведев выдвинул идею создания новой европейской архитектуры, на самом деле это идеей не ограничено, только регионом, континентальной Европой. Эта идея фундаментальная, и решая те задачи, те проблемы, которые она объединяет и включает, мы действительно должны и будем двигаться к новому миропорядку. …